Накануне Благовещения, в нашем женском монастыре состоялся постриг в мантию. Малая схима. Малый ангельский образ.
Пресвятая Богородица через свою “Казанскую” икону благословила на монашеский путь еще одну насельницу — инокиню Анастасию. В прошлом она много лет трудилась школьным учителем, завучем, а, выйдя на пенсию, направилась без колебаний в монастырь: это было ее заветным желанием, как оказалось, в течении многих лет.
Послушания в обители разнообразные (ремонт, поле, огород, животные), нелегкие; матушка-настоятельница терпеливо-сдержана: любовь бережет, как НЗ, на крайний случай; молодых насельниц немного, не хватает (у наших монахов — наоборот, одна молодежь). А еще и лукавый охотник за душами пакостит, как может… Так что, путь скорбей и испытаний преодолен немалый, иноческий искус, думаю, пройден успешно.
Великое славословие в конце утрени сегодня читком. Мать Анастасия к исповеди готовилась весь Великий пост, а сейчас дожидается у двери моей кельи. Нужно поисповедовать.
Сначала — исповедальные молитвы, “се, чадо, Христос невидимо стоит, приемля исповедание твое…”, “не усрамися, ниже убойся…”. А она и не стесняется и не боится; какое тут стеснение, какая боязнь! Вот Сам Христос, хоть и невидим, но ощутим не менее реально.
Исповедь за всю прошлую жизнь, из саимой последней глубины сердца — так могут только истинно верующие. Мать Анастасия из таковых. Ох, какая исповедь! “Примири и соедини ея святей Твоей Церкви о Христе Иисусе, Господе нашем”. Исповедь завершается.
В храме только матушки, наши братья-монахи и ближайшие родственники постригаемой. Инокиня Анастасия ничком, сокрытая ото всех монашескими мантиями, движется к солее, где и должен совершиться постриг. “Объятия Отча отверсти ми потщися…”, — поют сестры.
- Зачем пришла, сестра? — спрашиваю ее по монашескому чинопоследованию.
- Желая жития постнического, Владыко святый.
- Добровольно? Не неволит ли тебя кто?
- Нет, Владыко святый.
- Обещаешься ли оставаться в сем монастыре или там, где благословлено будет?
-Да, Владыко святый.
Так же Великим постом шестнадцать лет назад постригали и меня. В родном и столь далеком теперь монастыре Святого Духа. Темный храм, живой огонь свечей. Древние слова древнего чина произношу я, но ощущение такое, что звучат они не из, а через меня.
- Обещаешь ли проводить житие в нестяжании?
- … в послушании…?
- … в целомудрии …?
Да, Владыко святый. Да, Владыко святый. Да, Владыко святый.
Облачение в монашеские одежды. Каждая из них — символ воинского доспеха, на каждую совершается своя молитва: на параман и крест, рясу и мантию, клобук и четки. Читается апостольское послание и Евангелие. Заключительная молитва ко Господу о помощи и даровании сил новопостриженной монахине Анастасии — я решил оставит ей ее иноческое имя и небесную покровительницу.
- Как твое имя, сестра? Каждый из присутствующих подходит с этим вопросом.
- Монахиня Анастасия.
- Спасайся в ангельском чине.
Три дня предстоит ей находться в храме, в молитве и посте. Трижды причаститься. А мы будем молиться за нее сугубо и три и все сорок дней — такова монашеская традиция.
А затем она и сама начнет свой полноценный иноческий путь. Путь молитвы, послушания, смирения и покаяния.
А нас, монахов, на Камчатке стало на одного больше: целых семь.
Архиепископ Игнатий (Блог "Архиерей")
"Монашество есть цвет христианской жизни, ее поэзия, ее украшение. Посему велик подвиг вашего жития, доходит до Бога ваша молитва, славно и чисто звание иноческое, и спасительно оно для мира осуетившегося!”
(Священномученик Иоанн Восторгов).
Фото: Василия Тищенко.
