Мы на Дальнем Востоке знаем китайцев, как торговцев дешевым ширпотребом да китайскими овощами. Зачастую и то и другое сомнительного качества. В новостях неделю назад мелькнула очередная дата, привлекающая внимание к Поднебесной – 20 лет со дня расправы над демонстрацией на площади Тяньаньмэнь в Пекине. Открывая календарь, вдруг цепляешься взглядом – сегодня, 11 июня, Собор святых мучеников китайских. Наши предки из Русской духовной миссии приложили не мало сил, чтобы и на этой земле, где сильны тысячелетние традиции, в том числе и язычества, воссиял свет веры Христовой. И те, кто принял эту веру остались верны до смерти. Они причислены к лику святых, местночтимых. Родные имена с китайскими фамилиями. Икона с непривычными ликами.
Это малоизвестная история случилась больше ста лет назад – в 1900 году. Российская Духовная миссия в Китае оказалась в центре беспорядков, вызванных восстанием ихэтуаней – по своей сути религиозного движения, которое в Европе по неудачному переводу англичан более известно как «боксерское восстание». Оно было направлено против иностранцев. Идеологией этого восстания было антихристианство.
Сын первого китайца-священномученика Митрофана Цзичуня, убитого ихэтуанями, прот. Сергей Чан, так писал об ихэтуанях: «Это было сообщество, имевшее общинное устройство (общинный стол) и прельщавшее народ своим учением о сверхъестественных силах в целях возвышения Китая и уничтожения иностранцев, иностранцы именовались бесами, крещеные китайцы – исчадиями их, а некрещеные, но имевшие с ними отношение – вторыми исчадиями: на боксеров же смотрели как на воинство небесное».
Ихэтуани устраивали повсюду свои кумирни, совершали жертвоприношения. До весны 1900г., официальные власти Китая покровительствовали иностранным Миссиям, но к лету императрица Цыси приказала войскам поддержать восставших в столице. Чиновники, подозреваемые в связях с иностранцами, были казнены. Когда восстание охватило столицу, начальник Российской Духовной Миссии, архимандрит Иннокентий (Фмгуровский) и его соработники покинули Бэйгуань и переселились в Российское посольство. С собою они взяли только древний образ свт. Николая Можайского, привезенный из Албазина еще о. Максимом Леонтьевым в 1685г, и церковную утварь.
Китайское правительство выставило на охрану Миссии 10 копейщиков, но 11 июня Миссия была сожжена дотла, погибла ее библиотека, архив, ризница. Ихэтуани замучили 222 православных китайца, которые и стали первыми китайскими святыми-мучениками. Среди них есть и священномученик – иерей Митрофан, первый китаец-священник, рукоположенный в Японии святителем Николаем, просветителем Японии. По ходатайству Начальника Миссии празднование китайским новомученикам установлено Указом Святейшего Синода № 2874 от 22 апреля 1902г. Их мощи были погребены в усыпальнице храма, освященного в их память – храма Всех Святых Мучеников. Многие из мощей оказались нетленны.
Среди пострадавших за Иисуса Христа были и албазинцы, потомки тех славных албазинцев, которые принесли свет Христовой Православной веры в 1685 г. в столицу Китая — Пекин.
В 8-м выпуске "Известий Братства Православной Церкви в Китае" от 1 июля 1905 г. мы находим глубоко трогательные и вдохновенные строки, посвященные православным жертвам злополучного боксерского движения в Китае под заглавием "Похвала убиенным":
"В предначатии вечной радости сияющие, примите от нас недостойных венок похвалы, сплетенный из воспоминаний о вашей доброй жизни и славной кончине!
1) Ты, иерей Божий, Митрофан Цзи, первым из туземцев призванный к пастырству, много потрудившийся над переводами богослужебных книг и примерной жизнью стяжавший себе уважение паствы; много также ты потрудился над ее духовным развитием, много скорбел о ней, болел душой за болезни других, покуда к концу дней своих не подвергся сам хронической болезни. Тяжелые условия общественной жизни, неимение нравственной поддержки, наконец, зависть соседей были причиной твоего психического расстройства. Но конец твой славен: грудь твоя, израненная копьями врагов креста Христова наподобие пчелиного сота, ископала нам сладостную уверенность, что ты всегда будешь усердным молитвенником о спасении душ твоей паствы, каким ты был во временной сей жизни. Супруга твоя, Татиана, бывшая диакониссой церкви, просвещала светом Евангелия китайских жен, подготовляя их ко святой купели; сама показала нам пример, как нужно страдать за исповедание веры, — несколько раз была мучима, влачима по дворам и обезглавлена. Сын твой, отрок Иоанн, юный летами, но взрослый умом, принес красоту лица своего в жертву Богу: нос и уши его были отрезаны, но он не чувствовал боли, исповедуя всем укрепляющего его Христа!
2) Павел Ван, ты был катехизатором, проповедником Слова, учил словом и примером. Зная, что истина — не "в препретельных словесех человеческой мудрости, но в явлении духа и силы", ты, однако же, озаботился приобретением всех нужных догматических познаний, чтоб дать ответ вопрошающим о вере: состязался с учителями инославных исповеданий, приобретая навык и искусство в словесной борьбе. За несколько дней пред своей кончиной ты утвержден был Российским Св. Синодом к восприятию сана священства и принес Богу первую жертву — себя самого, быв обезглавлен коленопреклоненным, на молитве, которой начало ты положил здесь, а конец ее в будущей жизни. Супруга твоя, Сарра, последовала за тобой в лучшую жизнь!
3) Иннокентий Фань, ты был экономом церкви, печальником о ее материальных нуждах, кормил, одевал питомцев школы миссийской. Вся благотворительная часть Миссии была поручена тебе, и как заботливо и аккуратно писал ты свои отчеты! Теперь еще живы люди, получавшие из рук твоих лепту. Ты упокоил их тело, заботясь и о душе, за то и сам сохранен Богом от тления: через три года по убиении твоем мы видели почти неприкосновенной тлению твою высокую фигуру. Ты был избран во диаконы, и хотя не был еще рукоположен, но управлял хором певцов, певших славу Богу, и выполнял то же дело экономии, которое в древности поручалось диаконам! Супруга твоя, Елена, будучи благочестивой хозяйкой своего дома, воспитала благонравных детей — Евмения, Софию, Надежду. Эти юные отрасли винограда Христова приняли мучение вместе со своей матерью: руки их, с младенческого возраста привыкшие складываться на молитву, были усечены извергами, бросившими тела их в колодезь!
4) Ия Вэнь, ты была руководительницей школы Албазинских девиц и наставницей приходящих к вере Христовой, в мученической кончине своей ты подтвердила долг христианок не только веровать во Христа, но и страдать за Имя Его Святое.
5) Мирон Жуй и Мария, вы в постоянной борьбе с бедностью сумели воспитать в страхе Божием ваше большое семейство, ваши дети — Марфа, Анастасия, Евдокия, Иннокентий, Савва, Нил, Мария и Елена были лучшими в школе, приуготовились для царствия Божия, потому и последовали за вами туда, где нет ни плена, ни горя. Предки ваши были Албазинцы, плененные некогда, а вы теперь сподобились получить "свободу славы чад Божиих!".
6) Андрей Чжу, ты был уже в летах преклонных, когда принял христианство, но, как поздно пришедший работать в винограднике Христовом, ты, не покладая рук, работал над печатанием Часослова и Псалтири, и когда весть о гонении боксерском достигла и твоего слуха, ты решил оставаться на своем деле и не прекратил его, пока не был убит за этой работой!
7) Екатерина Чжунь, почтенная мать большого семейства, будучи вдовой, ты умела управлять домом так, что взрослые дети твои явились полезными насадителями Божией нивы: Витт, Матвей, Никифор, Кирилл, Васса, Елена — известны как сотрудники церковного клира, споспешники проповеди!
8 ) Афанасий А, ты был убогим калекой, сгорбленным, ползавшим на четвереньках. Низок ты был телом, но высок душой, и высота эта сказалась особенно в последние минуты твоей жизни. Будучи переплетчиком по ремеслу, ты любил бывало петь на клиросе приятной октавой. В годину бедствия не дал ты в сердце своем места никакой тени малодушия или страха, к тому же убеждал и семейство свое: жену Варвару и трех детей, чтоб оставались во дворе Миссии, покинутой всеми. А когда язычники влекли тебя на смерть, ты обращался к ним со словами увещания, ты негодовал на безумие их, говорил невеждам, что они не знают, во что надо веровать и как; ты гордился, что имел своим восприемным отцом известного миссионера, иеромонаха Исаию Поликина; ты категорически заявил своим истязателям, что, если они желают убить тебя, то могут это сделать не иначе, как во дворе Миссии, так как ты желаешь умереть там, где ты и родился духовно!
9) Капитон Ин, происходя из рода знатных маньчжур, ныне царствующей династии, ты с примерным смирением работал как печатник миссийской типографии, как писец нот и как певчий. Твое трудолюбие при жизни этой обеспечивает тебе царственный покой в будущей!
10) Петр Ли, ты был наблюдателем изменений атмосферы, наблюдателем явлений природы, чрез них ты познал Творца своего, к Которому и пожелал возвратиться, не покидая своего поста в минуту гонений!
11) Симеон Си, албазинец, полвека ты прожил во дворе миссийском, неся различные послушания, церковь освещалась свечами твоего изделия, просфоры твои служили для совершения каждодневной литургии, а звон в колокола собирал богомольцев!
12) Климент Куй, ты был споспешником клира в службе церковной!
13) Лев Хай, смиренный сын строптивого отца, много претерпевший от него при жизни; твоя робость вошла у нас в пословицу, но "таковых бо и есть царство небесное!".
14) Анна Жуй, в доме своем ты убита, но ты воспитала слуг для дома Божия: теперь сын твой в диаконском сане служит церкви и нуждам бедных собратий, а дочь руководит школой сестер твоих — албазинок!
15) Афанасий Шуан, молодой человек, кормивший своих родителей и многочисленных братьев, ты достиг большого искусства в чтении Апостола по славянскому тексту!
16) Алексей Чжань-Фу-Жунь, сторож церкви в деревне; простота и непосредственность твоей веры, сердечность и приветливость к приезжавшим к тебе отцам-миссионерам всем нам известны. Ты и семью свою учил тому же, и крестил всех своих домашних, потому они и последовали за тобой в лучшую жизнь.
17) Кир Чжан, Анна Чжан, Иона Гуй, Ольга А, Елена Хо, Анна Линь, Иосиф Фу и другие глубокие старцы, кому нужна была ваша смерть, или кому мешала ваша жизнь, опиравшаяся на клюку? Но вы пали под ножами убийц, ускоривших ваш переход к лучшей жизни и освободивших вас от немощей ветхого тела.
18) Сергий Филиппов Чжан, чуть не полвека ты был певцом в Успенской церкви, да сподобит тебя Господь и во веки воспевать Его величие в сонме святых. Поистине "многая ваша имена и большая дарования, молитеся о душах наших!"".
Но этот список — лишь малая часть пострадавших в 1900 г. православных китайцев. Начальник Пекинской Духовной Миссии представил в Св. Синод от 11 октября 1901 г. поименный список 222 православных китайцев, убиенных за веру и вместе с тем ходатайствовал о разрешении в память сих первых китайцев-мучеников за веру: 1) устроить на месте разоренной миссийской церкви в Пекине храм в честь Всех Святых Мучеников Православной Церкви, со склепом под алтарем, для погребения в нем костей избиенных православных китайцев, и 2) установить для православной общины в Китае праздновать 10 и 11 июня по следующему чину: 10 июня соблюдать строгий пост, перенося его на ближайшую пятницу, если означенное число случится в субботу или воскресенье, и совершать заупокойную литургию с панихидой по избиенным православным китайцам, а 11 июня отправлять торжественно, по храмовой главе, богослужение во имя Святых Мучеников Православной Церкви, с крестным ходом на месте избиения православных китайцев или вокруг храма, с пением ирмосов “Волною морскою”, и, после обычного многолетствия, провозглашать вечную память всем честно пострадавшим за православную веру китайцам.
Святейший Синод указом от 22 апреля 1902 г. за №2874 определил: преподать поименованной Миссии благословение на приведение в исполнение изложенных в представлении архимандрита Иннокентия предположений относительно увековечения памяти православных китайцев.
Святые мученики китайские, молите Господа о нас многогрешных! Господи Всемилостивый, укрепи нас в вере и благочестии подобно тому, как Ты, Отче, укреплял мучеников сих верных за Тебя. Аминь.
Икона Собора мучеников Китайских написана с благословения Архиепископа Екатеринбургского и Верхотурского Викентия по инициативе Благотворительного фонда "Совесть" и личном участии отца Сергия Грущина, в 2003 году.
При подготовке использованы материалы священника Дионисия Поздняева
Тамара Ступина (сайт «Наша Камчатка»)
