«Взошел на гору помолиться» (Мф. 14. 23)
Группа паломников, последуя Стопам Спасителя, молившегося на горах, совершила восхождение на «домашний» для жителей Камчатского края Авачинский вулкан.
Позади уже Сухая речка с её ручьями и большими каменьями, гулко бьющими в днище автомобиля, позади база с толпою японских туристов, так и не решившихся на восхождение.
У подножия совершаем молитвы, испрашивая благословения на трудный подъём. Группу сопровождает священник иеромонах Дорофей. Ведёт группу лицензированный гид-проводник Александр.
День выдался на редкость погожий. Редкие курчавые облака пригрелись на северном склоне Коряка и лишь дополняли могучие формы вулканов. Хорошо набитая, пройденная уже, вероятно, сотнями тысяч ног, тропа, возводила нас к небу. Впрочем, не всё так безоблачно. В пути мы встречаем надгробные камни: не все ушедшие в небо, вернулись обратно. Горы, как и море, — суровая стихия.
Поднимаясь, на высоте 2011м встречаем келью монаха – именно так называется пункт сейсмостанции. Кто знает, быть может когда-то жил в этом месте монах-анахорет и в безлюдном, по тем временам, безмолвии немолчно славил Творца.
Опускались ли на вулкан облака — он воспевал Богу дивную песнь:
«Полагаяй облаки на восхождение свое, ходяй на крылу ветреню, творяй ангелы своя духи и слуги своя пламень огненный» (Пс.103.3,4)
Слышал ли журчание талых ручьёв, воспевал:
«Посылаяй источники в дебрех, посреде гор пройдут воды…» (ПС. 103.10)
Взирал ли на дым, исходящий из жерла вулкана, пел: «Призираяй на землю, и творяй ю (ее) трястисяся; прикасаяйся горам, и дымятся» (Пс. 103.32).
Случалось ли когда извержение и с шумом разверзлись стихии, из глубины умиротворённого сердца с благодарностию Богу он возносил свою смиренную песнь: «окна с небесной высоты растворятся, и основания земли потрясутся» (Исаия 24:18).
Теперь даже камни этого места зовутся – Монах.
Чем выше подъём, тем горы становятся круче, как в сказке:
«А горы всё выше и круче,
А горы уходят под самые тучи…»
Впрочем, даже тучи вскоре остаются далеко внизу и путник смотрит на мир очами птицы, свободно над миром парящей.
Как не воскликнуть с Давидом: «Дивны дела Твои, Господи! Вся премудростию сотворил еси», когда с вершин открываются дивные виды. Воззрившись на север – увидишь гряду непокорных вулканов: Дзендур и Жупанов стоят над долиной в которой земля источает кипящие воды – Налычево.
Воззришь на восток – увидишь столицу Камчатского края, и бухту и корабли в ней, словно игрушки младенцев-вулканов. Вилючинский – папа склонился над бухтой. В сиреневой дымке такой непокорный, и вместе с тем Тихий – родной океан.
Напротив, на запад свой взгляд поворотишь – увидишь Охотское море, словно услышишь в порыве ветров шуршащих по красной породе, как краб шестилапый ползёт по таким же причудливым рифам на дне холодного Охотского моря.
На юге — стоят безымянные горы. Камчатка!
Когда-то давно Авачинский вулкан был цельным образованием. По слову нашего гида Александра лет 600 назад произошло мощное извержение, вулкан раскололся, явились так называемые воротники – части отколовшегося вулкана, по которым и совершается долгий подъём к последней наиболее крутой вершине.
Пепельно-шлаковые поля и бурные реки уходящей в долину застывшей лавы, сменяются красной магниевой породой.
Подъём становится настолько крутым, что идёт серпантином. Кривая дорожка тянется к жерлу. Ноги скользят и буксуют в зыбучей породе. Лыжные палки в руках восходящих – они помогают держать равновесие и принимают часть веса идущего в гору.
Последних сто метров по тонкой верёвке, как альпинисты карабкаемся. Зыбучая порода из недра согрета, местами дымится. Запахом серы встречает вершина Авачи. Пейзаж просто лунный – магма кипела когда-то, да так и застыла. Бурлившие камни взъерошено дышат дымом горячим в холодный туман.
На ветер внимания не обращая, служим молебен на самой вершине – в жерле вулкана.
Не все из всходивших увидели кратер, иные вернулись, сознав свою слабость, иным потрудиться было не в радость, иные, вернувшись, себя оправдали: «мол, труд наш напрасен, кратер, как кратер». Вершин покорённых напрасно почти не бывает. Плодом восхожденья является небо.
Чем больше в жизни сложных восхождений, тем твёрже дух и крепче воля. И друг познаётся в горах.
«Парня в горы возьми, тяни
Там поймёшь кто такой…»
В.Высоцкий
Вместе в пути разделяются трудности, радости, поровну ветер в лицо, облака, поровну солнце жжёт и сияет, поровну холод и поровну снег, поровну хлеб на коротком привале и поровну воду. Впрочем, тому, кто слабее достанется больше.
Вечно, казалось бы, жил на вершине, но вечер и ветер зовут нас спускаться.
Спускаться быстрей, но не менее сложно – стремнины кругом и шлак под ногами. То ноги скользят, то увязнут некстати, то камень, слегка потревоженный кем-то, стремглав покатился на ниже идущих.
Светило неспешно садится в вулканы: то светит сквозь тучи причудливой формы, то ласково светит десницей луча указуя дорогу.
Уже в полной тьме идём к Сухой речке и долго по каменным тропам дороги трясёмся в машине. Город встречает огнями зажженными и суетой неизбежной.
А не махнуть ли нам в горы?
Иеромонах Дорофей (Урусов)
Фото автора
