ЭККЛЕЗИАСТ: О новых Закхеях (Лк. XIX, 1–10)

Катехизаторский и миссионерский отделы Камчатской епархии проводят по пятницам Богословские беседы. В минувшую пятницу, 4 февраля, первый час занятий был посвящён Евангельскому повествованию о Закхее (Лк 19: 1–10).

Для начала о. Роман сорвал нам крышу демонстрацией картинок, представленных в прошлом году на выставке «Двоесловие / Диалог». Выставка нашумевшая, почти скандальная; большинство экспонатов неоднозначны – так что если будете искать, смотрите не все подряд, а конкретно «Евангельский проект» Дмитрия Врубеля и Виктории Тимофеевой. Это современные фотоиллюстрации к Евангельским текстам, здорово рвущие благостный шаблон и разрушающие типовое «праздничное» ощущение от Евангелий (где личность Христа затмевает, конечно, Собою всё, и Собою же всё облагораживает).

 

Ну а тут – те, к кому приходил Христос – бомжи (бесноватые), проститутка (блудница), юные наркоманы (дети: «пустите детей приходить ко Мне»)… ну и мытарь там где-то рядышком.

Сразу, между прочим, становится понятно, почему не только книжники и фарисеи, а порой и сам народ негодовал на Христа – как, Ты к этим пришел?!! Учтите ещё, что по еврейскому закону правила поведения регламентировались строго; Христос таким образом нарушал и формальные правила ветхого закона. А если и не нарушал – то вот вам: мытарь = сборщик налогов (о. Василий в воскресной проповеди более мягко обозначил его как «инкассатора»), сам-себе-голова (то есть с кого хочу – с того и возьму, причем сколько хочу), работающий на оккупационную власть (представьте себе отношение к полицаю где-нибудь в Белоруссии времен немецкой оккупации), но и себя не обижающий отнюдь (четыре пишем – два в уме: часть отобранного – строго к себе в карман). А Закхей – так еще и начальник самих мытарей. Высшую финансовую власть имеющий. Самый богатый. Самый презираемый.

У таких людей, отметили мы далее, обычно развивается небывалое тщеславие (Тще-Славие): презирая подчиненных и народ (в свою очередь, презирающих их самих), они одновременно ищут их одобрения, мирской славы, уважения… ну или хотя бы его подобия в форме раболепства. Отношение к другим «я – величина, а они – быдло» тут практически неизбежно.
И вдруг этот князек местного значения, оставив все свое тщеславие и важность, не боясь показаться смешным в глазах окружающего «быдла», лезет на дерево – как восторженный мальчишка, стремясь только увидеть Учителя. Искренний душевный порыв вымел вдруг всю «важность» – и Иисус обратился к нему.

А люди кругом сразу «начали роптать, и говорили, что Он зашел к грешному человеку» – вот характерная картина осуждения, причем любого любым. То мы, все такие-растакие-православные, отворачиваемся на улице от вонючего бомжика (а то и просто от неверующего знакомого: «э-э-э!.. куда ему до евангельских высот!»), то нецерковный человек возглашает что-то типа «Да что ты мне все про свою церковь рассказываешь! Туда вон, к тебе, всё Серега ходит, жулик мелкий – достойное собрание святош, ага!».

(Так что, если кто из неверующих вдруг скажет, что Евангелие, дескать, устарело – вот вам один из множества примеров: две тысячи лет прошло, а люди все те же, ничего не меняется, НИ-ЧЕ-ГО…)
А порыв Закхея оказался не одномоментным: уже приняв Иисуса, он обещал половину имения раздать нищим, и если кого обидел – возместить вчетверо. Это не просто существенно превосходило сказанное в законе («если мужчина или женщина сделает какой-либо грех против человека, и чрез это сделает преступление против Господа, и виновна будет душа та, то пусть исповедаются во грехе своем, который они сделали, и возвратят сполна то, в чем виновны, и прибавят к тому пятую часть и отдадут тому, против кого согрешили» – Чис. 5: 6–7), но и любую «разумную» меру: представьте-ка, что вы, вот прямо сейчас, переселяетесь из двух- в однокомнатную квартиру, а разницу, и плюс практически все запасы – раздаете другим, должникам отмеряя при этом ВЧЕТВЕРО. По силам ли нам такое?..

 

И тут о. Роман обратил внимание, что не просто по силам. Практически все мы проходим через период, когда всего себя готовы посвятить Господу – что уж там какие-то пол-имения. Так один юноша, услышав евангельское чтение «всё, что имеешь, продай и раздай нищим… и приходи, следуй за Мною» – понял, что меньше и правда сделать не может, и действительно все продал, и последовал… Помните, кто это был? :-) И все мы, пусть в меньшей мере, испытывали это горение новоначальных, когда готов практически на ВСЁ… это, конечно, и максимализм неофитов – но это и искренний порыв, желание изменить свою жизнь.

И вот, в ответ на такой порыв Закхея, Иисус обещает «спасение дому сему». Так что когда нам захочется в очередной раз опуститься до уровня формалистов-книжников (в конце часа мы еще раз обратились к картинкам, и обсуждали, что делать при встрече с такими – и тяжело, ох, тяжело было искать в себе любовь к ним…) – можно вспомнить свой «период Закхея», начальное горение.

= Андрей «Дэл» ЛяндзбергЭкклезиаст» Журнал вопросов и ответов о Православной вере)

Метки: